В эти выходные исследователи ожирения собираются на ObesityWeek, которая проходит с 14 по 17 ноября под Вашингтоном. Только Novo Nordisk представляет 26 тезисов, в том числе новые результаты по CagriSema, комбинации, которую компания надеется зарегистрировать в США до конца года. Самое время оглянуться назад. Чуть более чем за 40 лет семейство пептидов на основе кишечных гормонов прошло путь от лабораторной загадки до самого пристально отслеживаемого класса лекарств в мире.
Вот как это произошло, через открытия, одобрения и неудачи, и где следующее поколение находится в ноябре 2026 года.
Гормон, спрятанный в гене глюкагона
История начинается в 1982 году в Массачусетской больнице общего профиля, где Джоэл Хабенер клонировал ген глюкагона и обнаружил, что он кодирует и вторую молекулу, глюкагоноподобный пептид 1, или GLP-1. Светлана Мойсов, работая независимо, установила, какая форма пептида активна в организме: GLP-1 (7-37). В 1987 году она, Хабенер и Гордон Вейр показали, что крошечные количества этого пептида, на уровне его концентраций в крови, заставляют поджелудочную железу выделять инсулин.
Но была загвоздка. Природный GLP-1 разрушается за минуты: период полувыведения после внутривенного введения около 1,5 минуты. Гормон, который исчезает так быстро, почти бесполезен как лекарство.
Ящерица, решившая первую проблему
Первый ответ пришёл из пустыни. Джон Энг, эндокринолог медицинского центра для ветеранов в Бронксе, искал новые гормоны в ядах животных. В 1992 году он нашёл пептид в яде ядозуба, медлительной ядовитой ящерицы с юго-запада США, и назвал его эксендином-4. Он действовал как GLP-1, но сохранялся в крови гораздо дольше.
По данным The Telegraph, Министерство по делам ветеранов отказалось патентовать открытие, поскольку оно не касалось болезни, характерной именно для ветеранов. Энг продолжил работу сам, позже её лицензировала компания Amylin Pharmaceuticals. В апреле 2005 года американское Управление по контролю за продуктами и лекарствами, FDA, одобрило эксенатид, синтетическую копию эксендина-4, под названием Byetta, разработанный Amylin и Eli Lilly. Это был первый препарат такого рода, инъекция два раза в день при диабете 2 типа.
Трюк с жирной кислотой
Второй ответ пришёл из Дании. В Novo Nordisk команда Лотте Бьерре Кнудсен присоединила к GLP-1 цепочки жирных кислот, чтобы он путешествовал по крови в связке с альбумином, самым распространённым белком крови, защищённый от ферментов и от фильтрации почками. Этот подход привёл к лираглутиду, а затем к семаглутиду.
Семаглутид одобрили для лечения диабета 2 типа под названием Ozempic в 2017 году. 4 июня 2021 года FDA одобрило более высокую дозу, Wegovy, для длительного контроля веса, первый новый препарат с таким показанием с 2014 года. В ноябре 2023 года исследование SELECT с участием 17 604 человек с избыточным весом или ожирением и болезнью сердца, но без диабета, показало, что частота тяжёлых сердечно-сосудистых событий снизилась с 8,0% при плацебо до 6,5% при семаглутиде, то есть на 20% в относительном выражении. В сентябре 2024 года Хабенер, Мойсов и Кнудсен разделили премию Ласкера за клинические исследования.
Два гормона, затем три
Следующим шагом Eli Lilly стало воздействие на несколько рецепторов одной молекулой. Тирзепатид действует на рецепторы GLP-1 и GIP, второго кишечного гормона. Одобренный для контроля веса под названием Zepbound 8 ноября 2023 года, в исследовании SURMOUNT-1 он в высшей дозе дал среднюю потерю веса 20,9% за 72 недели.
Ретатрутид добавляет третью мишень, рецептор глюкагона. В исследовании фазы 2, опубликованном в 2023 году, высшая доза снизила вес на 24,2% за 48 недель против 2,1% при плацебо. В этом году он подтвердил результаты в фазе 3. В TRIUMPH-1, где рандомизировали 2339 взрослых, люди на дозе 12 мг, продолжавшие лечение, потеряли за 80 недель 28,3% веса. Если считать всех, независимо от того, продолжали ли они приём, показатель составил 25,0% против 3,9% при плацебо. В продлении для людей с ИМТ 35 и выше потеря веса достигла 30,3% к 104-й неделе.
Побочные эффекты показывают цену. На дозе 12 мг 11,3% прекратили лечение из-за нежелательных явлений против 4,9% при плацебо, а 12,5% сообщили о дизестезии, необычных ощущениях на коже, против 0,9%. В июле вышли результаты ещё двух исследований фазы 3: потеря веса до 20,8% у людей с диабетом 2 типа и до 22,6% у людей с болезнью сердца. Lilly планирует подать заявку в FDA в первом квартале 2027 года.
Таблетки, включая одну, которая не является пептидом
22 декабря 2025 года FDA одобрило таблетку семаглутида для приёма раз в день, таблетку Wegovy, как первый пероральный препарат GLP-1 от ожирения. Поскольку семаглутид является пептидом, таблетку нужно принимать утром натощак с глотком воды, а затем ждать 30 минут, прежде чем есть или пить.
Орфорглипрон Lilly, одобренный под названием Foundayo 1 апреля 2026 года после 50-дневного рассмотрения, ломает эту схему. Это малая молекула, которая активирует рецептор GLP-1, вовсе не будучи пептидом, и её можно принимать в любое время суток. В 72-недельном исследовании ATTAIN-1 высшая доза дала потерю веса 12,4% у продолжавших лечение против 0,9% при плацебо, или 11,1% против 2,1% среди всех участников. Впервые непептидный препарат напрямую конкурирует с пептидами.
Патентные часы
2026 год стал и годом, когда семаглутид в части мира превратился в дженерик. В Канаде патент Novo досрочно утратил силу после того, как в 2019 году не была уплачена пошлина за его поддержание в размере 450 долларов, сообщило издание The Logic. Ключевые патенты в Индии и Китае истекли в марте. В том же месяце в Индии вышли несколько дженериков, а в конце апреля Health Canada одобрило первый дженерик семаглутида, компании Dr Reddy's. Apotex и Dr Reddy's вывели его на рынок Канады в середине мая.
В США Apotex в апреле получила предварительное одобрение FDA для дженерика, который можно будет продавать только после окончания эксклюзивности Novo в стране. Дженерики семаглутида в США пока не продаются.
Волна амилина и следующие претенденты
Новейшие ставки добавляют амилин, гормон, который выделяется вместе с инсулином и сигнализирует о сытости. В декабре 2025 года Novo подала в FDA заявку на CagriSema, еженедельную комбинацию семаглутида с аналогом амилина кагрилинтидом. В феврале её открытое исследование REDEFINE 4 против тирзепатида не достигло цели: среди продолжавших лечение потеря веса за 84 недели составила 23,0% на CagriSema против 25,5% на тирзепатиде. Novo по-прежнему ожидает решения FDA до конца 2026 года и представляет на ObesityWeek результаты для более низких доз.
Амикретин Novo, единая молекула, действующая на рецепторы GLP-1 и амилина, в раннем исследовании дал потерю веса 22% за 36 недель и в этом году перешёл в фазу 3. Lilly сообщила о потере веса до 23,3% при сочетании своего амилинового препарата элоралинтида с тирзепатидом в исследовании фазы 2, а петрелинтид Roche и Zealand Pharma находится в фазе 3. Amgen испытывает в программе фазы 3 маридебарт кафраглутид, антитело, соединённое с двумя пептидами GLP-1, которое вводят раз в месяц.
Что пока неизвестно
Ни одно исследование не сравнивало ретатрутид с CagriSema, амикретином или другим препаратом нового поколения, поэтому рейтинги на основе отдельных исследований остаются догадками. Значительная часть данных 2026 года представляет собой предварительные результаты, сообщённые компаниями и ещё не прошедшие рецензирование.
Главный открытый вопрос касается долгосрочной безопасности. Для семаглутида есть исследование сердечно-сосудистых исходов, для тройных агонистов пока нет. В TRIUMPH-3 с участием людей с болезнью сердца было 27 тяжёлых сердечно-сосудистых событий на ретатрутиде против 23 на плацебо, отношение рисков 1,12 с большой неопределённостью, слишком мало событий для выводов в ту или иную сторону. Почему при приёме ретатрутида возникает дизестезия, не объяснено. И пока не решено, одобрит ли FDA CagriSema в этом году и с каким показанием.